Мир разделяется по коалициям

Ноябрь 25, 2015  |   Автор :   |   Регион

В понедельник президент Франции Франсуа Олланд начал серию дипломатических встреч, направленных на создание коалиции против террористической организации “Исламское государство”. С этой целью он в течение этой недели проведет встречи со всеми партнерами — постоянными членами Совета Безопасности ООН. С британским премьером Дэвидом Кэмероном он встретился в Париже, с президентом США Бараком Обамой — в Вашингтоне, сегодня в Париже переговорит с канцлером Германии Ангелой Меркель, в четверг в Москве — с президентом России Владимиром Путиным, а в воскресенье — с лидером Китая Си Цзиньпином. Об итогах переговоров можно будет судить, конечно, позже. Главная сложность — свести в единой коалиции США и Россию, точнее — убедить Вашингтон объединить усилия с Россией в борьбе против ИГ. Как пишет The Washington Post, США все еще настороженно относятся к идее создания “большой коалиции” против ИГ, в частности, реального обмена разведданными, желая убедиться в готовности России к выполнению “политической договоренности” по Сирии, главным пунктом которой считают смену президента Сирии Башара Асада.

Между тем, попытки создания своей коалиции предпринимает Турция. Несмотря на то, что Турция уже является членом международной антитеррористической коалиции во главе с США, президент ТР Реджеп Эрдоган выступил с предложением сформировать единый фронт глав мусульманских стран для борьбы с экстремизмом, в т.ч. с ИГ. Призвав не связывать всех мусульман с террористами и осудив террористов, которые считают себя мусульманами, Эрдоган заявил, что, если не будет создан единый фронт исламских стран, экстремисты пойдут на новые преступления.

Судя по всему, Турция всерьез опасается возможного объединения усилий США, Франции и России. Во-первых, из-за наметившегося на Западе изменения в отношении будущего Асада, на смещение которого Анкара потратила немало сил. Во-вторых, основная головная боль Турции не ИГ, с которым она успешно сотрудничает, а сражающиеся против ИГ сирийские курды, которые, как считают в Анкаре, находятся под сильным влиянием Рабочей партии Курдистана (РПК). А Турция безуспешно пытается убедить своих западных союзников, в первую очередь, США, включить РПК в список террористических организаций.

Не исключено, что попыткой формирования собственной коалиции Анкара попросту пытается выдвинуть ультиматум мировым лидерам. Ведь совсем недавно, 14 ноября, глава внешней разведки Турции Хакан Фидан назвал военную операцию России в Сирии против ИГ “серьезным нарушением базовых принципов ООН” и призвал Запад приложить все силы “для расстройства планов Путина по подавлению исламской революции в Сирии”.

По словам Фидана, Турция разделяет беспокойство Запада насчет того, что в ИГ устремляются выходцы со всего мира, в том числе, из Европы. И для того, чтобы урегулировать эту проблему, необходимо открыть в Стамбуле постоянное представительство или офис “Исламского государства”. “Это твердое убеждение Турции”, — подчеркнул Фидан. Ответ США и России был однозначен — это неприемлемо.

Турция, позицию которой поддерживают Саудовская Аравия и Катар, фактически выдвигает ультиматум России и США, мол, она может заиметь и иное отношение к ИГ, считает директор Армянского центра национальных и стратегических исследований (АЦНСИ) Манвел Саркисян. На прошедшем в АЦНСИ “круглом столе” на тему “Новая международная ситуация в регионе Ближнего Востока и ее влияние на Южный Кавказ” он высказал предположение об имеющем место разделении, очерчивающемся контуре новой международной коалиции и ее мишенях, причем не только в виде ИГ, но и в виде региональных государств. Эксперт напомнил — самой актуальной сегодня задачей, которую выложила на стол Россия, является уточнение списка, кого считать террористами, а кого нет. При этом, когда выяснилось, что самолет РФ над Синаем был взорван террористами, президент Путин заявил важную вещь, что любая страна, которая будет защищать террористов, станет мишенью, и Россия имеет право действовать на территории любого государства.

“Во Второй мировой войне враг был очень конкретным. Это был фашизм в конкретных странах. И человечество воевало против этого фашизма, уничтожались страны, системы, народы. Таким способом реализовывались изменения. Сегодня ситуация такова, что мы не знаем, кто эти террористы, каждый день узнаем, что они из разных стран мира — из США, России, Франции и т.д. Это не конкретное государство, а фантом, распространяющееся по миру абстрактное зло, которое день ото дня действует все сильнее, и цивилизованные страны создают разные коалиции для борьбы с ним”, — сказал М.Саркисян.

Вместе с тем эксперт полагает, что “мы имеем дело с более глубокой и широкой политикой”. По его мнению, теракты осуществляются как мера принуждения. Так, Франция в последние годы была в очень теплых отношениях с Турцией, Саудовской Аравией, Катаром, они совместно проводили довольно серьезную политику, экономическую и т.д. После терактов в Париже Франция отказалась от своей политики и обратилась к США и России. Аналогичная ситуация с Египтом. “Т.е. мы видим, что эти теракты — действенные механизмы принуждения той или иной страны к изменению позиции, принятию той или иной позиции”, — сказал М.Саркисян.

Обращаясь в этом контексте к Южному Кавказу, директор АЦНСИ обратил внимание на состояние Азербайджана. По его словам, получив за последние два года новейшие вооружения, Азербайджан испортил отношения с Западом, на уровне президента заявил, что в Европу он никогда не войдет и что отношения с США ему тоже не нужны. И тут внезапно происходят две вещи. Первое — состоялся неожиданный визит главы МИД РФ Сергея Лаврова в Ереван с его заявлениями. Второе — в повестке ПАСЕ появился крайне антиармянский, в букальном смысле слова написанный в Баку, проект резолюции, против которого резко выступили сопредседатели Минской группы ОБСЕ.

“И для Азербайджана создалась очень сложная ситуация. Баку начал грубить и России, и другим сопредседателям. Т.е. в Баку почувствовали, что происходит что-то непонятное.

В это же время Россия обращается к Армении с предложением создать объединенную ПВО, Ереван соглашается. Фактически, Армения дала России разрешение использовать установки ПВО на своей территории в армянском воздушном пространстве. Все это сразу изменило атмосферу. И не случайно Алиев попросил Эрдогана пригласить его на саммит G20, где он выступил перед мировыми лидерами в надежде заставить их включить Армению в список террористов. Турция требует включить в него все курдские организации, Азербайджан — Армению. И это уже создает антироссийские настроения. Т.е. создалась новая обстановка, в которой нам надо найти свое место. Почему Россия внезапно сделала такой шаг, выступила вместе с другими сопредседателям с демаршем против вмешательства ПАСЕ в карабахские дела, вызвав ярость Азербайджана? Кроме того, Лавров четко заявил, что поддерживает позицию Армении в вопросе Карабаха. Это очень важное обстоятельство, которое в корне изменило ситуацию. Мне до сих пор не ясно, как вообще подобный проект резолюции оказался в ПАСЕ. Это совершенно разрушительное явление, способ втиснуть проблему Карабаха в горнило этих событий. Никакая икорная дипломатия не способна провести такое. …Такое впечатление, что создается большой конфликт вокруг проблемы Карабаха. С какой целью? Надо это понять. Понять, какую позицию займет Азербайджан. Что будет делать Россия в связи с военной операцией в Сирии. Это очень важно для нас. Мы не должны забывать, что создаются новые механизмы военного сотрудничества Армении и России, но в той же степени мы, независимо от себя, вовлекаемся в новую политику Москвы. Мы тоже становимся мишенью. На территорию уже смотрят совсем иначе — не какая ты страна, кто ты, а где ты, в какой ты политике”, — сказал М.Саркисян.

Сегодня, отметил он, Россия фактически становится одной из ведущих глобального политического мейнстрима. Через несколько дней увидим, присоединится ли Иран к коалиции Россия — США — Франция. Это, по словам М.Саркисяна, создаст уже совсем другую ситуацию, и тогда можно будет увидеть, как будут себя проявлять те или иные страны, и где будет Армения. “По моему впечатлению, мы независимо от себя входим в эту коалицию. Но вопросов много. Где будет Азербайджан? Куда вообще поведет эта коалиция? Она может собрать всех в одну корзину и поджечь. А могут и собрать всех и решать проблемы. Или-или. Здесь очень сложно давать однозначный ответ. Подобные коалиции очень опасны. Но это есть факт”, — заключил директор АЦНСИ.

 


facebook twitter gplus linkedin